Весенний Туман
замначальника департамента глюков и монстров
Коварный план графства Э



Штефанс был графством Э. Его поступки были поступками графства Э, его слова были словами графства Э, его волосы напоминали хлеб на полях графства Э, а его глаза – озёра графства Э. Реки пересекали графство Э неотличимо от того, как голубоватые дорожки вен виднелись сквозь светлую кожу Штефанса.
И заговорить со Штефансом значило заговорить с любым жителем графства Э. Порой было совсем непонятно: ходит он по земле или сам он земля.
Меж тем он жил как живой человек: варил уху в котелке, раздевал дурней в напёрстки, играл на тростниковой дудочке.
У графства Э имелось изрядно врагов, и все они были не прочь навредить как-нибудь Штефансу.
Потому, разбивая походный бивуак, Штефанс смотрел в оба, придумывал ловушки похитрее, насвистывал военные марши и добавлял противоядие в свой чай.
Однажды к костру Штефанса вышел бородатый путешественник и спросил дороги к морскому дну.
Штефанс не растерялся, сел на землю, скрестив ноги, и стал рассказывать:
- В кое-каких далёких и дивных землях стояла гора с тысячью вершин. На одной вершине паслись овцы, и на другой вершине паслись овцы. На многих вершинах лежали снега и льды. В одной вершине была пещера, где жил дракон, да улетел. А на самой высокой из всех вершин брала начало река, и у тысячного порога той реки стояла хижина великого мудреца. Мудрец мог сказать о судьбе всякой рыбы, что поднималась по реке мимо его хижины на нерест. Но когда пришли люди и попросили его поставить метку на ту рыбу, которая будет подана на королевский стол, мудрец улыбнулся и сказал, что рыба, на чью спину поставил метку великий мудрец, имеет не такую судьбу, как рыба, которая будет подана к королевскому столу…
Путешественник встал и продолжил свой путь, и Штефанс понял, что он не был его врагом.
В другой раз к Штефансу пришла женщина и предложила ему пойти с ней в суд, потому что он украл её козу, хотя Штефанс знал, что коза ушла сама, а теперь женщина хотела вместо неё поймать мужчину.
Штефанс сел на землю и стал рассказывать:
- Жил-был человек с тысячью теней. Когда человеку случалось оступиться, одна из его теней подхватывала его под руку, когда он ошибался, другая его поправляла, когда поджидала беда, тени берегли его от беды, когда нужна была помощь, они помогали ему, когда было грустно, тени говорили с ним и развеивали одиночество. И одна тень всегда готовила ему завтрак, а другие садились с ним ужинать. Однажды одна из его теней упала и сломала себе руку. Тогда человек пошёл к лучшему в тех землях врачу и сказал ему: «Пойдём со мной, я отведу тебя к человеку, который сломал руку». «Ты его родственник?» - спросил врач. «Я его тень», - сказал человек.
Женщина разрыдалась и ушла, а Штефанс понял, что она не могла причинить вреда графству Э.
Но вскоре враги подобрались недалеко. Штефанс был осторожен и заметал следы, как снег и ветер, он не входил дважды в одни двери и зашил мышиный хвостик в ворот, но таиться и бежать генерального сражения было не в правилах графства Э.
Не таясь, Штефанс вышел на бульвары и перекрёстки города, от шума которого закладывало уши, и когда в Штефанса стреляли, он думал: «А идите вы мои спорые да быстрые, белые да синие, да в район Речной площади, а меня не трожьте» и переходил в другой конец улицы.
Однако когда к Штефансу подошёл человек и предложил сыграть в шашки на главный секрет графства Э, этого нельзя уже было вынести. Штефанс сел, где стоял, и стал рассказывать:
- По дороге в те места, где люди легко смеются и легко плачут, шла женщина с тысячью лиц. Когда шёл дождь, она шла под дождём, а когда наступала ночь, она шла в темноте, и это не мешало её пути. У неё было лицо, которое улыбалось, когда она видела на дороге девочку, играющую с котёнком, было другое, которое удивлялось, когда она видела стадо коров, было и третье, которое мрачнело и кручинилось, когда тучи памяти набегали на солнечный день, а если крапива обжигала руку или ветка цеплялась за платье, она меняла лицо на обиженное. Когда женщина постучалась в дом у дороги, и лицо её было в этот раз умоляющим, она спросила у хозяина, открывшего ей дверь: «Почему землю, где люди легко плачут и легко смеются, можно увидеть, но уже много дней я не могу дойти до неё?» Хозяин ответил: «В такую землю не приходят со спокойными лицами». «Но только одно из моих лиц остаётся безучастным!» - воскликнула женщина. «Может быть, в том и дело», - сказал хозяин.
Штефанс огляделся и понял, что человек, который хотел узнать тайну графства Э, куда-то исчез.
Оно и понятно: нельзя узнать какую-то из тайн графства Э и не стать его частью.
В этом и состоит коварный план графства Э.